Res publica: народ, сенат и магистраты

Res publica переводится как «вещь публичная», или «дело публичное». Можно утверждать, что «дело публичное» — это синтетический продукт политики и права. В республиканском Риме не было «чистых» политиков и не было «чистых» юристов: нормативные и судебные акты всегда имели политический подтекст, т.е. касались вопросов борьбы за власть, а политические решения всегда – обычно заранее – оформлялись юридически. Даже в тех случаях, когда политики не могли опереться на т.н. позитивное право (lex publica), они находили – или думали, что находили — обоснование своим действиям в традиционной паутине «неформальных процедур и устоявшихся правил» (mos maiorum). Нобилитет («известные граждане», т.е. аристократы) формировали Сенат и закрепляли итоги своих обсуждений в форме «рекомендаций сената» (senatum consultum).

Lex publica

Lex publica был народным законом в прямом смысле. В то же самое время lex publica представлял собой lex positiva, т.е. был позитивным законом: его текст фиксировался в письменной форме. Законодательное собрание народа (comitia legum) не было суверенным органом в точном смысле этого слова. Процедура принятия закона и её участники были четко определены. Дело в том, что lex publica был т.н. lex rogata (досл. «запрошенным, испрошенным законом»). Только магистрат, как правило, консул или же народный трибун мог делать «запрос» о принятии уже готового законопроекта, а народ принимал решение, т.е. одобрял (iubei)‑ говорил «да» или не одобрял (non iubei), говорил «нет». «Вся власть народа» была стиснута тремя фазами процедуры: запрос магистрата (rogatio), народное голосование (suffragium) и народное решение (iussum). Таким образом, lex publica всегда имел форму lex rogata. По той же процедуре осуществлялась и отмена закона, который становился, тем самым, lex derogata.

Mos maiorum

Mos maiorum в переводе означает «обычай предков», но это определение может быть фатальным в исторической ретроспективе сравнения «предков» и «нас», т.е. в тех случаях, когда «обычай» как «обыкновение, обычная практика общения» (consuetudo) на самом деле означает desuetudo, т.е. представляет собой забвение традиции в духе mos maiorum, выхода этой традиции из обычного оборота, её невостребованности многими современниками. Грубо говоря, древнеримский mos maiorum «работал» следующим образом: «Всё, что однажды было учреждено предками в рамках Res publica, например, народный трибунат, то является конституционной святыней, даже если современниками эта святыня представляется «обременительной».

Другой пример: когда-то предки создали институцию под названием «cursus honorum» (досл. «бег чести, достоинства»), т.е. не по-римски говоря, «карьерная лестница». Согласно этой институции, когда действующий консул (один из двух высших магистратов Рима) запрашивает мнение сената о будущем законе, первыми выступают т.н. консуляры (бывшие консулы), после них бывшие преторы, после них бывшие эдилы и, наконец, бывшие квесторы. Иначе говоря, слово предоставляется в обратном направлении к карьерной лестнице. Нарушение этой традиции, не имеющей закрепления в каком-либо lex publica, воспринималось бы – ни много ни мало – как святотатство. Память о мудрости предков также священна, как и сами – безмерно – идеализированные предки.

Senatus consultum (S.C.)

Senatus consultum («сенатский совет, рекомендация») по форме напоминает soft law («мягкое право») из арсенала современного международного права (например, рекомендации ВОЗ по борьбе с пандемией). Однако, это лишь внешнее сходство. Senatus consultum некоторым образом «врастал» в mos maiorum (см. выше), ибо перед тем, как «запросить» народное собрание проголосовать за законопроект, его инициатор должен был изложить суть вопроса в сенате. Нигде это обязательство не было прописано, но, когда бесподобный Тиберий Гракх пренебрег им, он сделал первый шаг к своей блистательной смерти мученика, погибшего за народ Рима. Разумеется, действующие консулы запрашивали мнение сената и по вопросам текущего управления, хотя в принципе были не обязаны этого делать даже в рамках mos maiorum. В этих случаях Senatus consultum приобретал буквальное значение совета «мудрых старейшин».

Автор — заведующий кафедрой Государственного права ГУЗ, доктор юридических наук, профессор Королев Сергей Викторович.