Из Уставной Грамоты Великого Князя Василия Дмитриевича Двинской Земле 1397 – 1398 года

/…/

6. «А самосуда четыре рубли; а самосуд то: кто, изымав татя с поличным, да отпустит, а собе посул возмет, а наместники доведаются по заповеди, ино то самоусуд; а опрочь того самосуда нет».

Толк: Двинская уставная грамота, дарованная Великим князем Василием Дмитриевичем (1397—1425 гг.), представляет собой первую дошедшую до нас попытку распространить публичное права Московского княжества на только что присоединенную территорию, прежде входившую в состав Новгородской земли. Феномен «самосуда», как видим, представляет собой отказ уполномоченного лица от применения публичного права. Если же наместники (из местных Двинских бояр) проведут дознание по наказу Великого князя и изобличат факт получения взятки (посула) от вора (татя), то виновный подлежит денежному штрафу, если же факт не будет доказан, «то и самосуда нет». Эта норма интересна тем, что представляет собой один из древнейших конкретизаций в русском праве презумпции невиновности.

Из Уставной Белозерской грамоты 1488 года

/…/

4. /…/ «а где доводчик ночует, туто ему не обедати, а где обедает, туто ему не ночевати».

Толк: местное управление при царе Иоанне Васильевиче III-ем имело следующую структуру: наместник – тиуны – доводчики. Наместник – это главный агент центральной власти. Тиуны – его непосредственные заместители, которые отвечали за порядок в пределах соответствующей административной единицы, которая, обычно называлась станом. Доводчик – по слову И.Д. Беляева, «что-то вроде судно-полицейского чиновника». Доводчики имели непосредственный контакт с населением и были подвержены трудно контролируемому соблазну «принимать подарки» просто факту своего «присутствия» в «своем розделе», т.е. подведомственной территориальной юрисдикции. Толкуемая норма Уставной Белозерской грамоты должна была минимизировать коррупционное поведение доводчиков, т.е. их возможный (небескорыстный) сговор с «подследственными» и /или их местными покровителями.

Из Судебника 1497 года

/…/

56. «А холопа полонит рать татарскаа, а выбежит ис полону, и он слободен, а старому государю не холоп».

Толк: Интерпретация этой нормы не может быть однозначной. С одной стороны, данная норма полностью интегрирована в господствующую идеологию: холоп, бежавший из плена иноверцев или даже язычников, совершал побег «с Божьей помощью». Следовательно, вновь порабощать его и отдавать под власть прежнего хозяина означало бы «идти против Бога». С другой стороны, такие доблестные беглецы поступали как бы «под защиту царской власти» и, в частности, могли селиться в городских слободах, т.е. получали возможность становиться горожанами. Это, впрочем, не освобождало их от слободских (раскладочных) податей в пользу царской казны.

61. «О изгородах. А промежи сел и деревень городити изгороды по половинам; а чьею огородою учинится потрава, ино тому платити, чья огорода…»

Толк: Данная норма является не конститутивной (учредительной), а деклараторной, т.е. закрепляет и уточняет уже известное правило обычного соседского права. В духе общинного самосознания владельцы граничащих участков должны воздвигать изгородь совместно, «пополам». Если же скот проникал через ограду и причинял потраву посевам, то отвечал не владелец скота, а тот, кто допустил неисправность своей части изгороди.

65: «А на котором городе будут два наместника или на волости два волостеля, и им имати пошлины по сему списку обе за одного наместника, а тиуном их за одного тиуна, и они себе делят по половинам».

Толк: На первый взгляд, фактическое обстоятельство, на котором построен нормативный состав данного правила не является рациональным. В самом деле, какой смысл в том, чтобы провоцировать «двоевластие», т.е. ставить двух начальников во главе одной и той же административной единицы? Однако, по мнению М.Ф. Владимирского-Буданова здесь сразу «два смысла»: во-первых, центральная власть стремилась «дать кормление» максимальному количеству служилых людей; во-вторых, уезды, особенно, на русском Севере, были большими, и один начальник часто не мог охватить своим контролем всю территорию. Однако нам интересен именно нормативный состав ст. 65: данное правило представляет собой конкретизацию известного принципа уголовного и налогового права – «ne bis in idem», т.е. «никогда дважды» не наказывать за одно и то же преступление или – в терминах налогового права – никакого двойного налогообложения.

Автор — заведующий кафедрой Государственного права ГУЗ, доктор юридических наук, профессор Королев Сергей Викторович.